Но поиск норы осложнен тем, что а) у нас нет телефона, а звонить из автоматов — крайне накладно. б) те эддс*ы, по которым есть свободные комнаты, стоят таких бабок, каких у нас тоже нет. Вопрос о деньгах, кстати, встал скалой из тумана на пути нашего scum-суденышка. За три развеселых дня, состоящих исключительно из посиделок в кабаках и поездках на такси, а также расплачиванием наличными за всякую хуйню, денег у нас осталось катастрофически мало — 210 фунтов. (Хотя их и изначально был децл — 400 фунтов). Это печальное-не-печалящее-но-настораживающее нас обстоятельство напоминает нам о том, что вообще-то мы собирались вести здесь криминальный образ жизни. Проблему создали рогули. Зашуганность этих живущих кагалами и считающих копейки людей накапала на наши кристально чистые мозги в первые два дня нашего жития в их норе-вонючке. Боязливо озираясь даже за обеденным столом, на котором дымится какой-то дешевый вонючий корм, покупаемый ими из экономии, наживая себе язву желудка, рогули вещали нам о том, что они никогда ничего не украли, даже за метро всегда платят. Дескать, везде понатыканы камеры и каждый шаг каждого человека фиксируется на пленку, так что лучше жить честно и не выебываться. Таковы были смысловые камни их речей. Что самое интересное, за первые 3 дня здесь мы увидели, что камер здесь действительно, как у дурака фантиков. Чуть позже мы вообще осознали, что здесь действительно фиксируется на пленку каждый шаг каждого человека, т.е. формально рогули оказались правы. Но на то мы и подонки, чтобы нарушать законы. Поэтому, наконец-то найдя нору (Вторая зона! Кайф! 100 фунтов в неделю!! То есть нам хватит на две недели проживания!!! Что будет дальше, мы особо не задумывались, а то, что 100 фунтов в неделю за комнату — это, мягко скажем, многовато, мы тогда еще не знали), мы для разъездов по городу покупаем одну travel-card на двоих. И я лихо вписываюсь за Брудой в турникеты, или же, не менее лихо, пролезаю в дырку, предназначенную для сумок-багажа. Проблематичность таких вписок в том, что возле турникетов стоят трудоголики-метростроевцы, так и норовящие броситься в погоню.